Одаренные люди всегда там, где есть реальное дело

Интервьюер: Наталья КУЗИНА

«Московская среда» № 22(30), 18-24 июня 2003 г.

В 60 годы фамилию Китаева-Смыка, исследователя невесомости из секретного Летно-исследовательского института, занимающегося подготовкой космонавтов, американские спецслужбы как только не расшифровывали, додумались даже до «специального монтажного института космоса». Вот только с «Китаевым» не могли разобраться: при участии Китая, что ли, русские осваивают космос? Люди и космос - об этом беседа нашего корреспондента с врачом-физиологом, психологом, автором множества работ по теории стресса, членом Международной экологической академии Леонидом Китаевым-Смыком.

Леонид Александрович, не так давно страна отметила очередную годовщину освоения космоса, и теперь можно спокойно, без подобающих торжествам победных реляций, поговорить об этом замечательном периоде нашей истории. Это тем более важно, что за грандиозными делами порой уже и живых людей не видно. Как это произошло с Гагариным: он стал символом достижений страны, героизма, какой-то жизнеутверждающей силы. И надо сказать, символом замечательным. Знаменитая широкая улыбка, открытый взгляд, простота общения делали его, невероятно привлекательным. Но каким парнем он был там, за кадром, когда не надо позировать перед объективами?

- Таким, каким его видела вся страна. В это, конечно, трудно поверить нынешним поколениям, но Гагарин действительно был человеком исключительного обаяния, очень доброжелательным, с огромным запасом позитивной энергии, которую ощущали все, с кем он общался. Мне довелось ‚участвовать с ним в летных испытаниях в невесомости. В группе было человек пять. И никто из нас даже не почувствовал, что работаем с самим Гагариным. Он был занят своим делом, как и каждый из нас, выполнял свою задачу.

- Существует версия, что Гагарин полетел в космос благодаря не столько своим интеллектуальным или личностным качествам, сколько крепкому здоровью, дескать, Титов, который и должен был стать первым, настолько занервничал, что ночь накануне полета не спал.

- Хотел бы я посмотреть на человека, который бы на задание подобного масштаба отправился абсолютно спокойным! Естественно, Титов волновался. А Гагарин крепко спал, поскольку думал, что скорее всего не полетит. Но незадолго до полета его кардиограмма показала нарушение сердечного ритма. Он полетел благодаря одному врачу, который взял на себя ответственность и сказал, что никаких отклонений в здоровье Гагарина нет. Врачи ведь тоже понимали, что абсолютно спокойная нервная система в столь экстремальной ситуации - тоже своего рода патология. Зато выдерживать столь высокое психоэмоциональное напряжение космонавтам приходилось без медикаментозной поддержки. Транквилизаторы в отряде не применяли, хотя для лечения населения они уже использовались. Однако в отношении космонавтов стояла задача не избавления их от всякого рода эмоциональных перегрузок, а наоборот, испытания всех своих физических и интеллектуальных сил, необходимых для преодоления необычных условий космоса.

- Сейчас им помогли бы психологи.

- Даже с самыми первыми космонавтами работали врачи, обладавшие всеми знаниями классической и зарождающейся космической психологии. Но должность у всех нас называлась врач-физиолог. Это было связано с ситуацией в советской психологии, которая в 30-е годы была репрессирована. Ее сохранили лишь там, где без нее никак не обойтись - например, в военной авиации, где без психологической подготовки человек просто не может летать. Существовал даже секретный военный авиационный медицинский институт, врачи которого стали работать и с космонавтами. Впоследствии многие из тех медиков выросли в крупных специалистов в области психологии. Так врач Владимир Лебедев стал академиком. Он прекрасно лечит сложнейшие изменения психики. У него масса учеников. Мои, тогда засекреченные, нервно-физиологические исследования состояния человека в невесомости стали публичными благодаря замечательному человеку, тренеру космонавтов, заслуженному летчику-испытателю, Герою Советского Союза Марку Галлаю. Он был доктором технических наук, но опять же потому, что психологии как таковой тогда не существовало. Но его во многом уникальная докторская диссертация была посвящена инженерной психологии.

Кстати, ему принадлежит и знаменитое выражение «Поехали». Он всегда так говорил во время тренировок. Космонавты выражение подхватили. А Гагарин унес это слово в космос и в историю космонавтики. Как и за всеми полетами стояли десятки тысяч людей, труд которых и вылился в выдающиеся достижения отечественной космонавтики.

- Какие все-таки главные задачи тогда пришлось решать психологам?

- Самое сложное заключалось в том, что людей готовили к профессии, которой еще не существовало. До Гагарина несколько раз в космос запускались манекены. Мы их в шутку звали Иванами. Но ведь по манекенам не узнаешь, как работает у человека в космосе дыхательная система, какой у него аппетит, как бьется кровь, какие, наконец, у него мысли. На том этапе космонавт отчасти должен был выполнить роль манекена, только живого.

Очень важно было сориентировать его на то, чтобы во время полета он действовал строго по приказу. Это было невероятно сложно. Все летчики люди смелые. А требовалось быть предельно осторожными. Запрещалось даже прикасаться к приборам, хотя им этого очень хотелось. Такая заданность была продиктована отсутствием конкретных опытных знаний о космосе. Поэтому и людей, склонных к риску в космонавты не брали ни мы, ни американцы. Перед космонавтом стояла задача как это ни странно сейчас звучит не делать ничего. И наиболее адекватно к таким установкам отнесся именно Гагарин. Даже те, кто летая после него, не смогли вполне справиться со своей инфантильностью. В частности, это произошло с Титовым.

В его задачу входило выполнение нескольких тестов с вестибулярной нагрузкой. Во время испытания его самочувствие ухудшилось. Ему дали указание прекратить эксперимент. Но он продолжал крутить головой, смотреть в разные стороны. В конце концов, его стошнило. Однако в результате проведенных им экспериментов были пересмотрены методики тренировок вестибулярного аппарата. До Титова они велись на основе представлений, что человек в космосе чувствует себя так же, как и во время морской качки.

Поступок Титова свидетельствует, конечно, о его смелости. Никто ведь не знал, чем могла закончиться эта работа. Американцы, например, предполагали, что в состоянии невесомости сердце может захлебнуться кровью. И Титов повел себя как настоящий исследователь, хотя был тогда совсем молодым лейтенантом. Кроме того, если в необычных условиях действовать на основе лишь того, что известно науке, то ничего нового не откроешь. Но он нарушил приказ. В этом эпизоде заключен тот драматичный дуализм, которым сопровождались первые полеты человека в космос.

- Все космонавты - как те, и нынешние - проходят через тяжелейшие тренировки. Они прекрасно понимают, что большинство из них никогда не полетит в космос. По существу все они конкуренты. Или первые были какими-то другими людьми?

- Без здоровых амбиций никакие достижения в принципе невозможны, И первые космонавты в этом смысле не исключение. У них было здоровое, хорошо развитое тщеславие. Но двигал ими и такой мощный эмоциональный стимул, всегда возникающий в трудных условиях у настоящих мужчин, как сплочение в единый отряд, боевую группу. Они объединились ради высокой цели - освоения космоса, что куда важнее личных притязаний. Подобная установка невероятно результативна, но, к сожалению, сейчас очень плохо осознается. Например, в популярной нынче телеигре «Последний герой» каждый участник должен иди к мешку с деньгами по костям товарища. Это принцип не героев, а, простите, негодяев. И я просто восторгался, когда участники последней передачи, актеры, певцы оказались не просто талантливыми, а и порядочными‚ людьми. Они стали ломать порочную структуру такой игры. Нельзя в нашей стране, переживающей столь сложное время, внедрять в сознание принцип, что победа может быть и безнравственна. Это неправда, что и доказали наши космонавты.

- Откуда вообще берутся такие замечательные люди?

- Конечно, не случайно. Первым начальником отряда космонавтов был генерал Николай Каманин - один из первых в стране Героев Советского Союза. Золотую Звезду он получил за спасение челюскинцев. Именно Каманин занимался подбором космонавтов. Он был блестящим интуитивным психологом. Иначе и невозможно увидеть в совсем еще мальчишках тех, кто способен был стать покорителем космоса.

- Скажите, а из сегодняшних военнослужащих можно ли собрать отряд космонавтов - как тот, первый?

- Я много времени провел в зонах военных действий, в том числе и в Чечне. И больше всего меня поразила удивительная интеллектуальность многих офицеров в боевых порядках. Они не носили знаков различия, чтобы их не отстреливали снайперы, порой бывали небриты, иногда - с «запахом джентльмена». Но эти офицеры говорили со мной о Клаузевице, Сенеке, Платоне… Люди с таким интеллектуальным багажом сейчас только и идут в космонавты. Более того, нынешние космонавты в чем-то даже превосходят предыдущих. Сейчас космонавтом в принципе невозможно стать, если человек не защитил кандидатской диссертации, причем блестящей, инновационной. Соответственно и в космосе они решают задачи самого высокого порядка. И половина из них, не забудьте, - военные.

- Но мы знаем немало и других примеров - когда люди, побывавшие в экстремальных условиях то же войны, становились жертвами душевного распада.

- Пустая бочка, как известно, громко гремит, а полную не услышишь, даже когда она катится. Пустых бочек может быть немного, а гремят они сильно. Действительно, кто-то вернулся из армии с покалеченной душой. Такие люди очень заметны. С ними много занимаются врачи, психологи, журналисты их портретами заполняют страницы газет и журналов. Но специалист знает, что ломаются те, у кого в психике есть соответствующие предпосылки. Таким людям тяжело не только на войне. Но если житейский стресс лишь усугубляет их психологическую недостаточность, то тяжелый, полученный на войне, приводит к тому, что мы называем посттравматический синдром. Среди таких бывших военных, кстати, много людей, которые поехали на войну за деньгами. А это совсем другая история...

Большинство же молодых людей в экстремальных условиях осознает себя как личность. Растут духовно, впоследствии становятся прекрасными семьянинами. Потому что реальная деятельность всегда проявляет лучшие задатки человека. А реальное дело профессионального военного - это и война. Интеллектуальному офицеру вообще чрезвычайно трудно существовать в рутине тыловой жизни. Вот почему наиболее одаренные люди всегда скапливаются там, где есть реальное дело. И растут они тогда с какой-то совершенно поразительной скоростью

Тот же Гагарин, когда полетел в космос, имел незаконченное среднее образование. Но когда его назначили руководителем центра подготовки полетов, он, несмотря на свой еще очень молодой возраст, вполне соответствовал этому высокому положению. И космонавты, ставшие генералами, были уже не просто авиационными генералами, а командирами высочайшего уровня. Потому что все они, оказавшись в ситуации реального мужского дела, в силу молодости, гибкости психики, природной любознательности очень хорошо развивались.

- Лично у меня нет сомнений, что работа космонавта может обогатить человека духовно, но как то же самое может сделать война - представить трудно.

- Точно так же, как «ищут пожарные, ищет милиция парня какого-то лет 20»… Сергей Михалков ведь ничего не придумал. Он описал реальный случай: какой-то парень увидел пожар, не прошел мимо и спас девочку. Война - тот же пожар. О многих из тех, кто совершил геройские поступки, народ ничего не знает. Потому что они не трубят об этом на каждом углу. А много ли сейчас говорят о космонавтах, не считая особых дат? Но ведь практически все космонавты остались на своем поприще, хотя давно перестали быть кумирами общества. А кто-то стал личностью иного порядка. Например, космонавт Гречко в 70-е годы по существу спас общественно значимое дело - авторскую песню, возглавив ее общественный комитет. Это был очень серьезный поступок, В тот момент авторскую песню хотели запретить, и Гречко сильно рисковал и своим авторитетом, и карьерой.

- Вы написали книгу «Стресс войны» где утверждаете, что самое сильное нервное потрясения испытывают военные, и называете это …стрессом смерти...

- Знаете, в городе Жуковском, где проводятся летные испытания, есть и летная школа. В конце 60-х годов решили ее выпускников поселить в одном доме и в одном подъезде. Через какое-то время он оказался «подъездом вдов». Больше никогда летчиков компактно не селили. Вот какова смертность в этой профессии. И ведь все военные прекрасно отдают себе в этом отчет, но и как люди сознательные, и нормальные, постоянно преодолевают свой страх перед смертью. Потому что, чем ближе к тому рубежу, за которым человек исчезает - тем больше стресс. Это несопоставимо с тем напряжением, порой очень сильным, которое люди испытывают е обычной жизни.

- Перед каждым человеком сейчас стоит проблема стать сильным…

- На самом деле, надо быть самим собой.

- Такой совет можно было дать и Гагарину?

Именно это говорили и ему, и всем остальным космонавтам. Потому что если человек обладает свойствами настоящей личности, то их и надо стремиться проявлять. А если таких свойств нет, то любые потуги стать кем-то иным и значительным, могут закончиться весьма драматично.

- А что вы тогда подразумеваете под свойствами настоящей личности?

- Такой человек, например, должен в зависимости от условий быть лидером или ведомым, стараться уживаться с другими людьми, но и брать ответственность на себя. То есть быть самим собой и в то же время не отрываться от всех. Ведь если ты уж очень другой, то в социуме тебе придется весьма непросто. Ну а если уж совсем особый, то, воз можно, у такого человека не все в порядке с головой.

- А можно ли быть собой в условиях, когда не то что перед космонавтом или военным, а перед каждым, даже успешным человеком стоит, как сейчас, проблема выживания?

- Знаете, прообразом героя Даниэля Дефо, Робинзона, стал пират Селькирк. Это были времена войн за американские колонии, а пираты являлись частью социально-государственной структуры воюющих государств. Этого Селькирка друзья за какие-то провинности оставили на необитаемом острове. Очень скоро он перестал пользоваться имеющимися у него съестными припасами. А когда года через два-три его друзья вернулись на остров, он уже не мог и говорить. Они обнаружили, что на берегу лежит ружье и порох. А Селькирк бегает по горам и руками ловит коз. И бегает быстрее самих коз. На его ногах наросла сантиметровая роговая подошва. По сути, он перестал быть человеком и выжил как зверь. Моряки взяли его с собой. И что интересно - он очень быстро снова научился говорить. Более того, пройдя школу озверения, Селькирк стал куда более человеком, нежели раньше. Начал придерживаться высоких моральных принципов. Но еще интереснее то, что если прежде он был пиратом низового уровня, то после своих испытаний за короткий срок вырос до адмирала.

История реального Робинзона Крузо намного поучительнее, чем та, что при думал Дефо. Она о том, что ни для кого ничто не потеряно.

Theme by Danetsoft and Danang Probo Sayekti inspired by Maksimer